Y’a des cigales dans la fourmilière

Кто бы куда не пришел - тебе все кажется что за тобой.
Так бывает.
Вот огонь, вот подтаявший снег.
Вот герой.
Вот болезнь, что никак не лечилась.
А вот человек, с которым мы видeлись
3 раза зимой, 4 весной,
А летом как-то не получилось.
Лето было тихо и злобно.
Лето мелочилось.
Все хотело узнать как далеко заходит жизнь.
Все хотело узнать
Как это - быть незаметным и наглым.
Лето долго просило :
Случись, случись.
Упади как снег на голову.
Подсчитай мою мелочь,
Попей мою кровь, а потом,
Ты же снег, так так нежно коснулась моей головы,
Сядь в какой-нибудь бар,
Посчитай мне голы.
Сядь в какой-нибудь бар. Уйми мою боль.
Набей морду арбитру. Сходи к врачу.
2 : 1 ? 1 : 0 ?
Не знаю и знать не хочу.
Знать не хочется мне как считать,
Как просчитывать не размыкая век,
Как закат обмануть, как часы отвлечь.
Мне пожалуйста чай, огонь и снег,
Бесконечное чудо встреч.

У Андрея Гришаева сегодня День Рождения!
Один из любимых поэтов.


Андрей Гришаев listikoff
Мне приснился сон...

Мне приснился сон, что страны моей больше нет.
Есть леса и трущобы и гигантская автотрасса.
Города обесточены. Дикий и жёлтый свет,
Длинный свет фонарей летящих во тьме КАМАЗов.

Что случилось – неясно. Кризис или война.
Или то и другое. В общем, страну накрыло.
Между тем в деталях чёрная даль видна.
Инфракрасное зрение – чтобы всё видно было.

И все звуки тоже – издалека слышны
(У людей изменилось также устройство уха)
Так, что слышно даже потрескивание тишины,
Неживая возня почти на пределах слуха.

И мне стало обидно, что вижу я всё, что есть.
А того, чего больше нет – мне увидеть не дали,
Ни великой страны, без которой так пусто здесь,
Ни волшебных людей, которыми мы не стали.

Не умереть, не отвернуться, а сойти с ума
От света, шелеста и шума.
От этого безумного покоя.
Не умереть, а расствориться в озере
Бестолкового неба.
Но он скажет : прошу вас, что это такое?
Но он скажет : прошу вас,
Не надо никакой осени.
Никаких простуд и дождливых повадок,
Слез, соплей.
Никаких желтых листьев, туманов, яблок,
Фонарей.
Пусть получится просто - черная ночь,
Человек человека дергает за рукав
Чем я могу вам помочь?
Ничем.
Как вас зовут?
Никак.
Да, но этот собачий свет фонаря,
Этот солнечный лай.
Этот земной пластилиновый шар.
Как вы сказали зовут? Николай?
Коля? Никита? Икар?

Знать бы какой он на ощупь серый мел
Облака, которым кто-то по небу пишет,
Облака, в которое кто-то осторожно дышит.
Хватит. У нас и так снов по горло и дел
Выше крыши.
Выше крыши не надо. Выше крыши совсем необязательно.
Лунный месяц уместится между средним и указательным,
Между тихим и страшным, между мутным и муторным.
Солнце упало и вот они опять
Лунатики и ваньки-встаньки.
Вечер блин на хуторе близ Диканьки.
Завтра неизвестно, но сегодня никто не умрет,
Не упадет, не утонет. Все счастливы. Все довольны.
Все свободны. Все в сад.
В сновиденья. В прохладу. В лед.
Облако пропускает через себя самолет
И ему не больно.

кто вот только автор ролика?

Как не любить мне эту странную свободу.
Смешную лампочку,
Печальный кран,
Где нет
Воды, беды. Когда казалось бы - кранты -
Нам отключили воду.
Нам отключили воду,
Но дали свет.
А свет этот тот же поток.
Через трубы куда-то в горячую землю.
« Я легких путей не приемлю. »
« Я четко иду на Восток. »
Зря мы зря мы вот так в этот солнечный водосток,
Не подумав, не взвесив. Кому мы нужны?
Краны сломаны.
Было чувство вины. Стало чувство волны.
Говорим от балды и качаемся в разные стороны.
Только ты проследи
Чтобы не было чувство войны.
Чтоб никто никому никогда никакие условия
Вдруг не выдвинул… от любви, от отчаяния
Да качайся качайся себя на здоровье.
Да качайся качайся пока качается.
Вот ведь как получается - мы же не просто знакомы
Мы еще невесомы, течем, говорим от балды.
И сколько сколько от этого лунного моря до дома,
Где все еще нету воды ?

Si la tempête dans votre verre,
Si la lumière dans votre labyrinthe
Sont bien réelles
C’est dangereux alors d’y boire,
C’est dur d’y être.
C’est dans un hôpital les courants d’air
Embrassent les mains de l’aide-soignante.
Ne fermez pas la fenêtre.
Non, je ne ferme pas la fenêtre,
Mais je ferme ma gueule.
Pas de bol, mais tôt encore pour appeler le prêtre.
Mais qu’est-ce qu’ils veulent les courants d’air,
Mais qu’est-ce qu’ils veulent ?
Qui peut appeler la brave infirmière
Pour voir si on lui plaît, si on l’émeut?
Pour dire : "tout le monde ferme, personne n’ouvre"?
Ça siffle, ça souffle, ça retourne.
Mais même dans le vent il y a des nœuds.
Et dans mon sang veineux
Et dans mon sang venteux
Ça sent la fraise, le rosé et le chablis,
Et le cassis, si c’est cassé.
C’est pas cassé. Tant pis.
Tu entretiens la confusion,
Car au-dessus du lit
Ta bonne étoile,
Ta poche de perfusion
S’ennuient.
Bonjour Docteur. Au revoir Docteur.
C’est l’heure, c’est tard.
C’est lourd, c’est bête.
C’est rigolo docteur, mais c’est de l’art
Ce que vous faites.
Où vous-en êtes ?
Suis-je un cas à part ? Peut-être, peut-être.
Les courants d’air sans rien comprendre, sans rien admettre
Embrassent les mains de l’aide-soignante. Ne fermez pas
La fenêtre.
La fenêtre est fermée. C’est dans vos têtes.
C’est notre sang veineux,
Comme le temps venteux
Rugit.
C’est la tempête dans votre verre.
Il vous fallait non pas un, mais deux.
Deux comprimés.
Alors c’est qui qui s’est cassé ?
Qui veut partir mais sans laisser de traces ?
Mais qui n’a pas saisi ?
C’est simple pourtant et clair.
C’est dans un hôpital les courants d’air embrassent
Les mains. Merci. Merci.

ce dernier temps je pense beaucoup aux fruits; aux fraises, aux cerises, aux pêches. comme un alcoolique qui songe à sa bouteille de vodka...
Последнее время думаю о фруктах и ягодах. О черешне, о клубнике, о персиках... как алкоголик о выпивке...
думаю о них, о черешенках.

А перед тем как затаиться давай в последний раз
Пойдем послушаем еще раз правду о закате,
Посмотрим на огонь, на взрыв.
Чей это огромный красный глаз
Смотрит на тебя из-за горы?
Ничей. Неважно.
Ну может солнечный, ну может лунный.
А может и не красный, а серый, карий.
Глаз Галилея, Джордано Бруно.
Зачем это тебе?
Ведь ты и так уже почти летел.
Твоя принцесса далека от этих дел.
И если она скажет тебе : трус, предатель,
Придурок, флюгер, ветер,
То это потому что наша правда о закате
Ничем не лучше её кривды о рассвете.
Ну как они живут
В земле, в золе, в смоле, в семье?
Как дышат, вспоминают нас?
Все те кому уже не хватит витаминов D и Е?
Кому не светит этот красный глаз?
Глаз Кролика, Жирафа, Бога, Волка...
Надолго все это? Надолго.
Мы затаились и сидим на дне реки.
Земля не круглая и мы не дураки.

Rien à cirer. J’ai demandé des vignes,
Des vignes et des cailloux
Des vignes et des montagnes
Quand tout se passe bien.
Les silhouettes s’alignent.
Les silhouettes s’éloignent.
Les silhouettes s’éloignent, s’alignent, s’allongent.
Hier une éponge, demain matin une flèche.
Quand tout est absorbé on peut partir.
On peut partir si la peinture est sèche.
Prêtez-moi votre cheval, mon D’Artagnan
Et je me tire.
Prêtez-moi votre cheval et vous serez gagnant.
Vous êtes gnian-gnian, vous êtes gnian-gnian,
Mon D’Artagnan.
Rien à offrir, à part ce goût de pain d’épices,
A part ce bout de chemin, à part ce coin
De votre bouche. Et vous voulez que je rougisse ?
Vous êtes malin, vous êtes malin mon Aramis.
Et si je dis que vos nobles chromosomes
Craignent la chatouille
Et si je dis qu’il y a du miel dans vos os.
Les particules, les rimes et les atomes.
Décomposez-vous, mon Athos.
Déstressez-vous, Porthos !
A tort ou à raison ? A tort.
Comment on fait déjà quand on est gosse ?
Déstressez-vous, Porthos.
Le roi est mort.
Le roi à bien roté, a bien râlé et a bien ri.
Le roi a tout compris.
Je peux sortir ? Merci.
Je vous en prie.
Sort, sort et ne reviens jamais.
Montre-nous ta silhouette.
Et nous on bouge aussi
On bouge. Que nous soyons alliés.
On ne sais pas à quoi ça sert les coins de la bouche?
Les silhouettes sont faites pour s’éloigner.
Pour s’aligner.
Malines dans les vignes comme il se doit.
Aligne-toi.
Eloigne-toi.

есть такой замечательный фр. певец Доминик А ( http://www.dominiquea.com/)и есть у него такая вот песня для Марины Цветаевой


Watch marina tsvétaéva- dominique a in Musique  |  View More Free Videos Online at Veoh.com

Racontez-moi comment ça se passe au mois d’avril.
Comment se vivent les grands amours,
Comment s’en vont les petites copines
Et se retrouvent en un seul clic
A mille, mille lieues d’ici
Dans leurs refuges en papier mâché,
Dans les asiles psychiatriques autogérés.
Je rêve, je rêve, je rêve, j’hallucine -
Avril.
Je signe en bas de cette feuille verte,
Je laisse la porte ouverte.
Ça fleurit pas encore, certes.
Mais quand même – Bravo.
On a les yeux pleins de poussière
Et du pollen plein le cerveau.
Alors, comment se font les deals ?
Comment s’écoulent les nuits ?
Comment se roulent les joints ?
Racontez-moi comment ça se passe au mois d’avril.
Et je m’en fous comment ça se passe au mois de juin.
Comment se soignent les allergies.
Comment personne ne réagit.
Comment les filles toutes effrayés écrivent des mails
De l’autre bout du monde ou de la ville
Ou de la table.
A leurs médecins, à leurs copains,
A leur printemps, à leur avril.
Je prendrais bien la route, mais laquelle ?
De quoi j’me mêle ?
Si ces infos sont si confidentielles,
Le mois d’avril n’existe plus du tout,
Le mois d’avril prends les maquis
Et fout le camp.
Mais vous êtes qui ?
Pardon ?
Mais vous êtes où ?
Mais vous êtes quand ?
En France, on est toujours en France.
Dites, vous voulez une ordonnance ?
Une ordonnance. Quand est-ce que ça se termine ?
Quand est-ce qu’elles reviendront les petites copines
De leurs refuges, de leurs asiles.
Avril, avril… Et que l’on veuille
Ou non. – Avril.
Je rêve, je rêve, j’hallucine –
Avril.
Je signe en bas de cette feuille.

Сколько пыли вокруг, грозовых облаков,
Грузовых машин.
Человек перед выходом как самолет перед вылетом.
В этом городе дышится, но с перебоями.
Пока можешь - дыши.
В этой комнате хочется вытерeть пыль.
Да не пыль это.
Нет не пыль, и уж точно не боль.
Удивительным маршем
Дождь пройдет весь в медалях солнца,
В эполетах мигалок.
Тот кто целую зиму смотрел на меня
Тот весной отвернется.
Как же дальше?
Как же дальше? А что, тебе этого мало?
Дальше... дальше не страшно.
Дальше только Париж и апрель. Мы же все-таки...
Мы же все-таки знаем куда нам идти.
Я проснусь в восемнадцатом округе
У Марины и Саши.
И какие-то люди зайдут в какие-то башни
И бумажки какие-то в руки возьмут
И не смогут остановится.
Потому что для них это важно.
Потому что у них никогда уже не случится
Ни Марины, ни Саши,
Ни Парижа, ни пыли, ни боли.
Вот так-то, вот так-то.
Не валяй дурака и хватайся
И за пыль, и за боль, и за даль.
Да, возможно в апреле нам будет несладко,
Но зато никогда не закончится май.